- А, Тина? - Он широким жестом обвел комнату. - Как, по-твоему, мы кое-чего достигли в жизни, верно?

Мадам Маспи, называвшаяся в отличие от бабушки младшей, тихонько закудахтала от удовольствия. Элуа повернулся к отцу с матерью:

- А вы что скажете?

Адель промолчала, как почтительная супруга, предоставляя своему мужу Сезару высказать их общее мнение.

- Все отлично, сын... Ты хороший мальчик, и мы тобой довольны. И праздник получится что надо!

- Еще бы! Это ведь обручение малышей!

Селестина робко, ибо дома она всегда держалась тише воды, ниже травы, как будто все еще не оправилась от потрясения, что Маспи приняли ее в свой клан, спросила:

- Ты и впрямь думаешь, что наш Бруно хочет взять в жены Пэмпренетту, Элуа?

- Да послушай, несчастная, он уже лет семь-восемь вертится вокруг нее, а поскольку Бруно отлично знает, что я не склонен шутить с вопросами нравственности, надо думать, у него серьезные намерения! Впрочем, спроси у Эстель...

Та подтвердила, что ее ровесница Памела, или Пэмпренетта, до безумия влюблена в Бруно и хранила ему верность, несмотря на все приставания Ипполита Доло, который так и ходил за ней хвостом.

- Вот уж кому следовало бы попритихнуть, - заметил Элуа, - если не хочет нажить крупные неприятности!

Фелиси завидовала Пэмпренетте, считая ее гораздо красивее, а потому ядовито заметила:

- Вот только Пэмпренетта ужасно боится, что ты не захочешь взять ее в невестки, папа!

- А почему?

- Она говорит, мы настолько выше их...

Маспи благодушно махнул рукой.

- Да, верно, Дьедоннэ Адоль уже не тот, что прежде, но это вполне приличная семья, и мне этого достаточно. А кроме того, у Пэмпренетты особый шик! Надеюсь, она сумеет оказать должное влияние на Бруно.